Фактор внезапности

Пожар и взрыв на линкоре «Аризона» в результате неожиданного нападения японской авиации на Перл-Харбор
Стратегический наступательный план операции «Барбаросса»

Фактор внезапности или просто внезапность — один из ключевых принципов военного искусства, суть которого заключается в достижении успеха путём действий, которые имеют эффект неожиданности для противника[1][2][3][4]. Использование фактора внезапности во многих ситуациях позволяет парализовать волю противника к сопротивлению, дезорганизовать управление войсками и нанести ему поражение при недостатке сил и средств[1][2]. Очень часто внезапность воздействия ставит перед противником жёсткие временные рамки на ликвидацию возникших неравных условий[1][2], а при применении некоторых военных наработок (например — воздушных десантов) достижение внезапности является решающей предпосылкой успеха[2].

Тем не менее подчеркивается, что сама по себе внезапность совсем не гарантирует однозначное достижение успеха в войне, ибо в дополнение к ней требуется творческое военное планирование, адекватные боевым задачам огневые средства, людские ресурсы и даже, возможно, некоторый элемент удачи[5].


Общие положения

Считается, что с развитием средств вооружений и систем боевой техники значение фактора внезапности неуклонно возрастает[1][2][4]. При этом, с одной стороны, новейшие высокоэффективные средства разведки позволяют ограничивать достижение внезапности своевременно вскрывая намерения неприятеля, расположение его сил и направления их действий. С другой стороны, появление мощного, высокоточного и дальнобойного вооружения способствует достижению внезапности одновременным уничтожением в короткие сроки и на большую глубину важнейших объектов и элементов боевого порядка войск[1][2].

Как правило, эффект внезапности достигается через[1][2]:

  • сохранение в тайне своих планов и замыслов,
  • введение в заблуждение противника относительно своих целей и намерений,
  • скрытность расположения и состояния своих вооружённых сил,
  • выбор неожиданных для противника районов сосредоточения основных усилий,
  • быстроту маневрирования на поле боя и стремительностью действий,
  • упреждение в нанесении ударов,
  • неожиданное задействование новых боевых средств, вооружения и техники,
  • использование неизвестных противнику способов боевых действий,
  • использование географических особенностей местности, погоды, времени года и суток.

Вместе с тем, в некоторых работах подчеркивается, что нельзя путать возможность достичь эффекта неожиданности и способность воспользоваться достигнутыми результатами[3].

По мнению отечественных военных специалистов внезапность может быть тактической, оперативной и стратегической[1][2]:

  • стратегическая внезапность — достигается как в начале войны, так и в её ходе при проведении стратегических мероприятий; имеющийся опыт позволяет утверждать, что государства, подвергшиеся внезапному нападению часто не имели возможность полностью мобилизоваться к сопротивлению и терпели полное поражение, либо, утрачивая стратегическую инициативу, несли огромные потери в территориях, живой силе и технике.
  • оперативная внезапность — способствует достижению успеха на уровне фронтовых и армейских операций,
  • тактическая внезапность — достигается упреждением противника в открытии огня, скрытным занятием удобных позиций для атаки или контратаки, применением новых образцов оружия, новых приёмов и способов ведения боя, разнообразием в выстраивании оборонительных позиций и др.

В уставах и служебной документации

Использование преимуществ фактора внезапности в разных армиях было формальным образом закреплено целым рядом основополагающих документов. Например, в германской армии боевой устав 1937 года «Вождение войск» подчёркивал важность скрытности всех войсковых манёвров и приоритетность сохранения своих намерений в секрете. В отечественной литературе отмечается, что немецкое командование умело и с творческим разнообразием реализовывало уставные рекомендации, грамотно организовывая дезинформацию противника и обеспечивая маскировку своих войск[3].

В американских вооружённых силах первое появление понятия внезапность связывают с влиянием опыта Первой мировой войны, благодаря которому этот принцип впервые вошёл в «Наставления по боевой подготовке войск» 1921 года[3]. Опыт Второй мировой войны заставил американское командование в Полевом уставе 1941 года ещё более остро акцентировать внимание на значении внезапных действий на поле боя[3]. С дальнейшей эволюцией в 1967 году в США был издан специальный устав PM-31-40, посвящённый тактической маскировке и введению противника в заблуждение[3].

В советских вооружённых силах способам достижения эффекта неожиданности уделялось много внимания в разных документах начиная с момента зарождения Красной Армии. К основополагающим работам можно отнести Полевой устав РККА 1929 года, Инструкции по глубокому бою 1935 года, проект Полевого устава 1943 года, Наставления по оперативной маскировке 1944 года и т.д.[2]. Стоит заметить, что разбирая советское понимание фактора внезапности, зарубежные специалисты пришли к выводам, что оно несёт в себе военно-политический контекст и кардинальным образом отличается от взглядов западной военной школы[5]. По их мнению, советское командование выводит свою концепцию внезапности из отечественного исторического опыта и, как следствие, она носит преимущественно наступательный характер, хотя не исключается и её применение в оборонительных операциях[5]. При этом подчёркивается, что англоязычная лексика не всегда адекватно передаёт смысловые особенности русской военной терминологии[5].

Исторические ремарки

Высокое значение фактора внезапности было отражено в высказываниях многих крупных военачальников, например:

«Крупнейший фактор, влияющий на успешность проведения операций, есть достижение оперативной и тактической внезапности. Внезапность достигается главным образом через два элемента: обман противника и стремительность действий.
»

Систематизируя накопленный опыт гражданской войны М. В. Фрунзе писал:

«Должно быть ясно, что сторона, держащая инициативу, сторона, имеющая в своём распоряжении момент внезапности, часто срывает волю противника и тем самым создаёт благоприятные для себя условия.
»

Большое значение эффекту неожиданности придавалось и зарубежными военными деятелями:

«Царивший с незапамятных времён в военном искусстве захват врасплох, сданный одно время в архив, поскольку силе не хватало стремительности, вновь обретает свою базу, а следовательно и своё значение.
»

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 7 Внезапность // Военная энциклопедия / П. С. Грачёв. — Москва: Военное издательство, 1994. — Т. 2. — С. 110. — ISBN 5-203-00299-1.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Внезапность // Советская военная энциклопедия. — Москва: Военное издательство Минобороны СССР, 1979. — Т. 2. — С. 161.
  3. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Воробьёв И., Киселёв В. Фактор внезапности (рус.) // Армейский сборник : журнал. — 2009. — Январь (т. 176, № 01). — С. 22-26.
  4. 1 2 Воробьёв И. О тактике (рус.) // Военная мысль : журнал. — 2002. — № 04.
  5. 1 2 3 4 Stevens J. A., Marsh H. S. Surprise and Deception in Soviet Military Thought (Part I) (англ.) // Military Review. — 1982. — Июнь. — С. 2-11. — ISSN 0026-4148.

Дополнительная литература

  • Алексеев В. П. Морской бой: скрытность и внезапность. — Москва: Воениздат, 1991. — 192 с.
  • Рендулич Л. О внезапности // Управление войсками = Grundlagen militarischer fuhrung.. — Москва: Воениздат, 1974. — 200 с. — 15 500 экз.
  • Давыдов Ф. М. Внезапность в разведке. — Москва: Воениздат, 1944.
  • Stevens J. A., Marsh H. S. Surprise and Deception in Soviet Military Thought (Part II) (англ.) // Military Review. — 1982. — Июль. — С. 24-35. — ISSN 0026-4148.

Ссылки