Киприан (Керн)

Архимандрит Киприан
Портрет
Имя при рождении Константин Эдуардович Керн
Дата рождения 11 (23) мая 1899(1899-05-23)
Место рождения Тула, Российская империя
Дата смерти 11 февраля 1960(1960-02-11) (60 лет)
Место смерти Париж, Франция
Гражданство Flag of France.svg Франция
Род деятельности архимандрит, богослов и церковный историк

Архимандри́т Киприа́н (в миру Константи́н Эдуа́рдович Керн; 11 [23] мая 1899, Тула — 11 февраля 1960, Париж) — священнослужитель Сербской православной церкви[1], Русской Зарубежной Церкви (РПЦЗ); с 1936 года в Западноевропейском экзархат русских приходов (Константинопольский патриархат). Богослов, церковный историк. Доктор церковных наук (1945; тема диссертации: «Антропология святого Григория Паламы»).


Биография

Родился в дворянской семье. Отец Эдуард Эдуардович Керн, шведских корней, был профессором и директором Лесного института в Санкт-Петербурге. Мать — из старообрядческой семьи.

Учился в Александровском лицее и на юридическом факультете Московского университета. Участвовал в гражданской войне в рядах Добровольческой армии, в 1920 года эмигрировал в Сербию через Константинополь (Галлиполи).

Окончил юридический (1922) и богословский (1925) факультеты Белградского университета. По воспоминаниям Николая Зёрнова: «В студенческие годы он был высокий, худой юноша со строгим лицом, носивший русскую рубаху навыпуск и сапоги. Эстет и поклонник Блока, он был в то-же время славянофилом, отвергавшим Запад и прихотливо соединявшим в себе романтизм с трезвенностью православной церковности. Он увлекался бытовым благочестием, так безжалостно растоптанным революцией, и был тонким ценителем красоты византийского богослужения. Поэтическая природа сочеталась в нём с острым критическим умом.»[2].

Участвовал в деятельности белградского кружка преподобного Серафима, в работе первых съездов Русского студенческого христианского движения (РСХД) в Пршерове и Хопове. Ещё будучи студентом Белградского университета, стал активно участвовать в обслуживании русского прихода. В те годы был под значительным влиянием митрополита Киевского и Галицкого Антония (Храповицкого), с 1921 года жившего в Сербии, Председателя Архиерейского синода. По воспоминаниям самого Керна: «Очень быстро Антоний стал моим авторитетом, почти кумиром. Я им увлёкся, в него влюбился, был им покорен. Я думаю, это же пережили в свое время все те поколения семинаристов и студентов, которые имели радость учиться под началом митрополита, которые им были спасены от угара революции, от пресноты безверия, от бесплодности рационализма; были — немало среди них — привлечены, чтобы не сказать увлечены в монашество и потом составили целое поколение русского учёного иночества и епископата. Я не миновал общей участи тех молодых богословов, которые встречались и беседовали с Антонием.»[1] Большое впечатление на молодого Керна также произвёл епископ Гавриил (Чепур).[3]

В 1925—1928 годы преподавал литургику, апологетику и греческий язык в сербской Битольской семинарии, ныне Македония; одновременно являлся помощником инспектора семинарии.

17 (30) января 1927 года подал прошение сербскому митрополиту Битольскому Иосифу (Цвийовичу) о принятии монашеского пострига.[3]

2 апреля 1927 года, в Лазареву субботу, в Мильковском монастыре (община Свилайнац, Сербия), в то время со смешанной русско-сербской братией, архимандритом Николаем (Карповым) был пострижен в монашество[4] — с именем Киприан (по выбору митрополита Антония) в честь святителя Киприана, митрополита Киевского[3].

4 (17) апреля, в Вербное воскресенье, в храме Патриаршей резиденции в Белграде монах Киприан был рукоположён митрополитом Антонием во иеродиакона, а 8 (21) апреля, в Великий четверг, — во пресвитера.[3]

Обе хиротонии происходили при сослужении митрополиту Антонию наблюдающего за делами Русской Духовной Миссии в Иерусалиме архиепископа Анастасия (Грибановского), которому очень понравилось, как о. Киприан читает Евангелие, произносит ектении, и он выразил желание видеть новопоставленного клирика в своём окружении, что впоследствии сыграло значительную роль при выборе кандидата для несения послушания в Палестине[3].

Весной 1928 года получил предложение от Синода РПЦЗ стать начальником Русской духовной миссии в Иерусалиме. Он отказался, сославшись на необходимость преподавания в семинарии и на свою принадлежность к клиру Сербской церкви. Однако Архиерейский синод РПЦЗ, не согласовав назначение (и фактический перевод в свою юрисдикцию) с иерархией Сербской Церкви (епископом Иосифом (Цвийовичем)) и, несмотря на вторичный отказ самого иеромонаха Киприана, назначил его на эту должность. По воспоминаниям Керна: «Епископ Иосиф узнал от самого митрополита Антония, что меня, сербского клирика, преподавателя сербской семинарии, подчиненного и сербскому архиерею, и сербскому Министерству, вдруг безо всякого сношения и предупреждения русский Синод, пользующийся гостеприимством сербов, но весьма расширительно толкующий это гостеприимство, взял да и назначил в свою церковную юрисдикцию. <…> Епископ Иосиф был огорчен именно этой беззастенчивостью наших русских архиереев.»[1]

25 июня (7 июля) 1928 года иеромонах Киприан был возведён в сан архимандрита и в ноябре того же года официально принял дела миссии[3].

Не сойдясь характерами с наблюдающим за делами Русской Духовной Миссии в Иерусалиме архиепископом Анастасием (Грибановским) (в должности с 1924 года), возвратился в Сербию, где издал монографию о бывшем начальнике миссии, видном учёном архимандрите Антонине (Капустине).

В 1931—1936 годах вновь преподавал в духовной семинарии в Битоле.

В середине 1930-х переосмысливает свою юрисдикционную принадлежность: «С юрисдикцией митрополита Антония я решительно порвал. Его я не переставал любить и чтить, но всю „антониевщину“, все „карловацкое“ окружение не принимало моё сердце. С русскими архиереями и в русских церквах я не служил. Меня больно коробило все более крайнее политиканство карловчан, их невероятно провинциальное отношение к делам Русской Церкви».[1]

С 1936 жил в Париже, находился в юрисдикции митрополита Евлогия (Георгиевского), доцент Свято-Сергиевского богословского института в Париже по кафедре литургики.

В 1936—1939 настоятель Покровской церкви в Париже.

В 1940—1960 — настоятель церкви святых Константина и Елены в Кламаре.

С 1941 года доцент Свято-Сергиевского богословского института в Париже по кафедре патрологии.

В 1944, 1946—1948 — инспектор Свято-Сергиевского богословского института в Париже.

В 1945—1960 — профессор Свято-Сергиевского богословского института в Париже по кафедрам патрологии, литургики и пастырского богословия.

Трижды отказывался от архиерейства: митрополит Антоний (Храповицкий) и Архиерейский Синод РПЦЗ хотели отправить его на кафедру в Новую Зеландию, Патриарх Сербский Варнава предлагал ему быть своим викарием, а позже когда митрополит Владимир (Тихоницкий) просил его быть своим викарием во Франции. Игуменья Покровского монастыря в Бюссии Ольга (Слёзкина), хорошо знавшая лично о. Киприана: «И правильно делал, что отказывался. Кабинетного склада человек. Понимал, что никакой епархией он управлять не сможет»[5].

Автор научных трудов по пастырскому богословию, литургике и патрологии. Основная работа — «Антропология св. Григория Паламы» — одна из первых в русской богословской науке монографий, посвящённых великому византийскому мистику XIV века[6].

В 1953 году по его инициативе и под руководством в Свято-Сергиевском богословском институте прошёл «литургический съезд»; с этого времени подобные мероприятия с участием специалистов по литургике, принадлежащих к различным христианским конфессиям, проводились в институте ежегодно.

В начале февраля 1960 года заболел воспалением лёгких. Его духовные чада вспоминали, что он не сопротивлялся болезни, потому что устал жить: «ему было трудно жить, как другим бывает трудно восходить по лестнице», «со временем жить ему становилось все труднее», «сил для борьбы с болезнью оставалось слишком мало». 11 февраля, отслужив последнюю Литургию и причастившись Святых Таин, скончался[4].

Характеристики личности и деятельности

Архимандрит Киприан был духовником писателя Бориса Зайцева, который дал ему такую характеристику: «Мистик, одиночка, облик аристократический, некое безошибочное благородство вкусов». Он же говорил об о. Киприане: «Если бы его лишили служения Литургии, он сразу зачах бы. Литургия всегда поддерживала его, воодушевляла: главный для него проводник в высший мир». Ещё одна характеристика архимандрита Киприана, данная Борисом Зайцевым:

Как исповедник он был очень милостив. Грешнику всегда сочувствовал, всегда был на его стороне. На исповеди говорил сам довольно много, всегда глубоко и с добротой. Иногда глаза его вдруг как бы расширялись, светились. Огромное очарование сияло в них: знак сильного душевного переживания.

По словам протопресвитера Александра Шмемана:

в о. Киприане были огромный нерастраченный запас личной любви, нежности, привязанности и, вместе с тем, неспособность, неумение раскрыть их. Он свободно выбрал одиночество, но им же и мучился. Он был замечательным другом, интересным собеседником, желанным гостем везде и всюду; но как скоро, помнится, — в беседе, в гостях, за столом — начинало чувствоваться нарастание в нём тревоги, стремления уйти, какого-то беспредметного беспокойства. Он точно вдруг осознавал, что все это все же «не то», что он только гость, а гость не должен засиживаться, гость не «принадлежит» дому, должен уйти… И вот, он уходил опять в своё одиночество, с той же неутолённой любовью, нераскрытой, неосуществившейся…

Также протопресвитер Александр Шмеман был убеждён, что

единственной подлинной радостью было в его жизни богослужение, совершение Евхаристии, мистические глубины Страстной Недели, Пасхи, праздников. Тут жила вся его — никогда не дрогнувшая — любовь к Церкви, совершенная отданность ей.

По словам епископа Илариона (Алфеева), архимандрит Киприан

был человеком высокой культуры. Блестяще знал русскую литературу и поэзию: среди его любимых авторов — Константин Леонтьев и Александр Блок. В круг интересов отца Киприана входили и французские авторы, среди которых… он особенно выделял Леона Блуа. В последние годы жизни отец Киприан редко обращался к художественной литературе, предпочитая исторические хроники, воспоминания.

Труды

  • Крины молитвенные. Белград, 1928. (Переиздание под названием «Взгляните на лилии полевые: Курс лекций по литургическому богословию». Решма: Макариев-Решемская обитель, 1999).
  • Отец Антонин Капустин. Белград, 1934. (Переиздано под названием «Отец Антонин Капустин, архимандрит и начальник Русской духовной миссии в Иерусалиме (1817—1894)». М., 1997)
  • R. P. F. Mercenier et Chan. Franç., Paris. «La prière des eglises de rite Byzantin» // Путь. — 1938. — № 55. — C. 82-83
  • Пастырская проблематика (к вопросу о преподавании пастырского богословия) // Путь. — 1939. — № 58. — C. 15-25
  • Левитство и пророчество как типы пастырствования. Париж, 1938.
  • Ангелы, иночество, человечество. Париж, 1942.
  • Евхаристия. Париж, 1947. (Имеются и другие издания: в частности, М., 1995; М., 1999)
  • Антропология святого Григория Паламы. Париж, 1950. (2-е издание — М., 1996)
  • Православное пастырское служение. Клин, 2002 (Имеются и другие издания: в частности, — Париж, 1957; СПб., 1996; СПб, 2000).
  • Les traductions russes des textes patristiques. — Chevetogne. 1957.
  • Золотой век святоотеческой письменности. Париж, 1967.(2-е издание — М., 1995)
  • Патрология: Лекции. Ч.1. Париж; М., 1996
  • Литургика: Гимнография и эортология. М., 1997.
  • Воспоминания о митрополите Антонии (Храповицком) и епископе Гаврииле (Чепуре). -М., 2002.
  • Восхождение к Фаворскому свету. М., 2007.

Примечания

Литература

  • Вейдле В. В. Памяти отца Киприана // «Вестник Русского Студенческого Христианского Движения». Париж. — Нью-Йорк. — 1960. — № 56. — С. 44-45
  • Зайцев Б. К. Трудный путь // «Вестник Русского Студенческого Христианского Движения». Париж. — Нью-Йорк. — 1960. — № 56. — С. 46-47
  • Шмеман А. Д., протоиерей. Памяти архимандрита Киприана // «Вестник Русского Студенческого Христианского Движения». — Париж — Нью-Йорк. — 1960 . — № 56. — С. 47-55
  • Зайцев Б. К. Архимандрит Киприан // Зайцев Б. К. Далекое и близкое. Очерки о писателях, путевые заметки. — Вашингтон. — 1965. — С. 70-78
  • Гостев А., священник. Проблема пастырского богословия сегодня в свете наследия архимандрита Киприана (Керна) // Культурное наследие российской эмиграции: 1917—1940. В двух книгах. Книга первая. — М.: Наследие. — 1994. — С. 269—274
  • Иларион (Алфеев), иеромонах. Архимандрит Киприан (Керн): священнослужитель, монах, богослов. К 100-летию со дня рождения // Алфеев Иларион. иеромонах. Православное богословие на рубеже столетий. Статьи, доклады. — М.: Крутицкое Патриаршее Подворье. — 1999. — С. 201—299
  • Иларион (Алфеев), иеромонах. Архимандрит Киприан (Керн): священнослужитель, монах, богослов. 1899—1949 (к столетию со дня рождения) // «Вестник Русского Христианского Движения». — Париж. — Нью-Йорк. — Москва. — 2001. — № 180
  • С. Т. О книге «Воспоминания» архим. Киприана (Керн) // «Успенский листок». — Любытино, Новгородская обл. — 2002. — № 47. — С. 14-16
  • Нивьер, Антуан. Православные священнослужители, богословы и церковные деятели русской эмиграции в Западной и Центральной Европе. 1920—1995: Биографический справочник. М.-Париж, 2007. С. 254—255.
  • Елена (Хиловская), мон. Архимандрит Киприан (Керн) и его «Путеводитель по русским переводам патристических текстов» //Вестник церковной истории. 2010. № 1-2(17-18). С. 276—309.
  • Ткаченко А. А. Архимандрит Киприан (Керн) как литургист //Вестник церковной истории. 2010. № 1-2(17-18). С. 310—313.

Ссылки